Визит императора Александра II на астраханский рыбный промысел в село Житное. Часть 1

Каких-то несколько дней назад Астраханскую губернию посетил российский император с цесаревичем (будущим Александром III) и свитой. Правда, было это 147 лет назад. Но событие стало для наших предков совершенно уникальным — об этом издали брошюру с иллюстрациями, которую мы вам и перескажем.

Издание, вышедшее в 1872 году в Санкт-Петербурге, называлось «Посещение Государем Императором въ 1871 году Житного рыболовного промысла на Каспийском море принадлежащего Коммерции советниками Сапожниковымъ». Сейчас это район села Житное в Икрянинском районе Астраханской области. Ну а 5 сентября 1871 года Александр II совершил визит туда во время переезда из Астрахани на Кавказ, по Каспийскому морю.

Пароход, на котором путешествовал император со свитой

Житный промыселъ и деревня того же имени расположены на взморье, на высокомъ бугргЬ острова Житнаго, находящагося у самаго юго-западнаго угла волжской дельты, при соединении ея съ Каспийскимъ моремъ, въ 70 верстахъ оть Астрахани и въ 12 отъ острова Бирючья коса. Во времена Стеньки Разина, Житный островъ долго служилъ главнымъ становищемъ его разбойничьимъ шайкамъ, а въ царствование Петра Великаго, во время войны съ Персией, въ 1722 году, на Житномъ былъ устроенъ складъ провианта для русскаго войска. Такъ какъ провиантъ хранился тогда не мукою, а зерномъ, т.-е. житомъ, то вследствие этого, по местному преданию, и островъ, не имевший до техъ поръ никакого названия, началъ зваться Житнымъ. Въ 1772 году, когда правительство, въ видахъ заселения края, рас­продавало свободныя казенныя земли въ Астраханской губернии и по тогдашней Моздокской лиши, коллежский ассесоръ Скрипицынъ, въ числи прочихъ участковъ, приобрълъ покупкою и островъ Житный. Въ 1796 году все имъние Скрипицына перешло къ известному своею благотворительностью греку Варвацию, который, при содействии дъда нынъшнихъ представителей торговаго дома Сапожниковыхъ, Пе­тра Семеновича Сапожникова, завелъ на Житномъ небольшую ватагу или рыбный промыселъ. Въ 1822 году, промыселъ этотъ, съ принадлежавшею къ нему землею и крестьянами, бьлъ проданъ Варвациемъ дочери Петра Семеновича Сапожникова, Александре Петровне, вышедшей замужъ за камергера Милашева, а отъ нея, въ 1855 году, перешелъ во владение къ генеральше А. А. Чубаровой, родной се­стре настоящихъ представителей фирмы.

Съ того времени, какъ Житный поступилъ въ собственность г-жи Милашевой, Петръ Семеновичъ Сапожниковъ, а затъмъ его сыновья и внуки, стали считаться постоянными арендаторами, а въ сущно­ сти были полными хозяевами, промысла, который, вскоре, благодаря введеннымъ ими,—можно сказать изъ первыхъ въ краъ,—правильному рыболовству и важнымъ улучшешямъ въ способе приготовлешя и отправлешя рыбныхъ товаровъ, сдълался однимъ изъ самыхъ значительныхъ и благоустроенныхъ на Касшйскомъ моръ. Не смотря на то, что Сапожниковы владеютъ еще несколькими другими, морскими и речными, рыбными промыслами, содержание которыхъ требуетъ затраты огромнаго капитала, они продолжаютъ развивать рыбную промышленность на Житномъ и производятъ ее въ настоящее время въ столь обширныхъ размерахъ, что на одномъ толь­ко этомъ промысле нанимается ежегодно около 1,300 человекъ ловцовъ и другихъ рабочихъ и высылается для лова въ море до 300 различныхъ лодокъ.

Собственно промысловых здания на Житномъ со­стоять изъ: а) Большаго крытаго плота, устроенаго на воде, на сваяхъ, и имеющаго три отдъления: для приема рыбы, приготовления икры и приготовления клея. Ловцы доставляютъ свой ежедневный уловъ на плотъ, где рыба принимается отъ нихъ въсомъ и тотчасъ же разделывается на части ръзальщиками и резальщицами, при чемъ икра и клей относятся въ назначенныя для ихъ выделки отделения. б) Выхода,— огромнаго и глубокаго ледника поверхность его засыпана со всъхъ сторонъ землею, а на крыше оставлены несколько оконъ для освещения внутренности и устроенъ для спуска рыбы въ ледникъ волокъ. Выпотрошенная на плоту рыба, по доставлении въ выходъ, солится и укладывается для хранения въ особые лари, пластами, по сортамъ и времени улова, в) Казармъ для помещения рабо­чихъ, съ хлебопекарней и кладовой, г) Хлебнаго амбара, где хранится годовой запасъ муки пшенич­ной и ржаной, русскаго пшена и кирпичнаго чая для служащихъ и рабочихъ. д) Материяльнаго амба­ра, въ которомъ складывается годовой запасъ всъхъ рыболовныхъ принадлежностей, и е) Промысловаго дома, деревяннаго, одноэтажнаго, съ мезониномъ, бельведеромъ и двумя балконами; въ немъ живутъ:
прикащикъ Промысла, его помощникъ, и имеется помъщение на случай приезда управляющихъ, владельцевъ и посетителей.

Александр Второй

Для приема Государя Императора, о предположении котораго посетить Житный промыселъ гг. Сапожниковы получили уведомление заблаговременно, были сделаны следующая приготовления:

К промысловому плоту пристроенъ, для более удобнаго причала царскаго парохода, небольшой и красиво убранный флагами дебаркадеръ, на сваяхъ. Самый плотъ, отстоящий отъ дома въ пятидесяти саженяхъ, былъ разделенъ на два отдедения широкимъ проходомъ или корридоромъ, обитымъ сверху до низу полосатымъ тикомъ и устланнымъ красным сукномъ съ ковровымъ бордюромъ. Въ первомъ отделении, на­ право отъ входа съ дебаркадера, помещались все принадлежности для изготовления икры въ зернистомъ и паюсномъ видахъ, а во второмъ, налево, на­ ходились: бассейнъ со всеми породами рыбъ, водя­щимися въ здъшнихъ водахъ, ванна съ живымъ тюленемъ, столъ съ разнородными сортами клея и вязиги, выделываемыми на промысле, и столъ съ мо­делями ловецкихъ и промысловыхъ лодокъ и другихъ рыболовныхъ принадлежностей. Часть стъны этого отдъления была вынута и забрана балясинами такъ, что отсюда открывался видъ на Волгу и на заки­нутый у плота большой трехъ-сотъ саженный неводъ, при которомъ находилось 38 человек рабочих — Калмыковъ, въ костюмахъ обыкновенно употребляемыхъ ими во время лова. Въ неводъ бы­ло нарочно напущено около 6,000 штукъ разной рыбы, потому что безъ этого не представлялось воз­можности показать Государю Императору полный образецъ неводнаго лова, во всех его подробностяхъ, такъ какъ рыба никогда не ловится близь плота и при томъ же сильный ветеръ отнималъ вся­кую надежду хоть на какой нибудь уловъ. Вдоль берега и по взморью были расположены, частью на якоряхъ, частью подъ парусами, лодки различныхъ конструкций, морския, ръчныя, черневыя и проч., числомъ до 350. Всъ эти лодки управлялись своими владельцами-ловцами съ разныхъ промысловъ, пре­имущественно же съ Житнинскаго, Разбугоринскаго, Харбайскаго, Икрянинскаго, Зюзинскаго и Хмелевскаго, принадлежащихъ гг. Сапожниковымъ. Неда­леко отъ плота стояла баржа, только что прибыв­шая къ промыслу для принятия груза рыбныхъ товаровъ, назначенныхъ къ отправке въ Нижний-Новгородъ по Волге, на буксире парохода Сапожниковыхъ „Вольскъ», а оттуда по железной дороге, въ Москву и Петербургъ. Около выхода, т. е. ледника, были выставлены образцы сетей, неводовъ, волокушъ, вентерей, сидебокъ и другихъ рыболовныхъ снарядовъ, употребляемыхъ въ Каспийскомъ море, въ Волге и ея притокахъ. Рядомъ съ сетями помещались бочки съ такъ называемыми столичными товарами: белу­гою, осетромъ, севрюгою, тёшею и икрою. Крыльцо промысловаго дома было украшено флагами и обито краснымъ сукномъ, а залъ и две боковыя комнаты, меблированныя, по обыкновению, весьма скромно, устланы коврами и украшены портретами родона­чальника дома Сапожниковыхъ, Петра Семеновича Сапожникова, и его сыновей Алексея и Александра Петровичей. Въ одной изъ боковыхъ комнатъ былъ приготовленъ чайный серебряный приборъ. Къ сто­роне дома, обращенной на море, былъ пристроенъ павильонъ, устланный краснымъ сукномъ и убран­ный разноцветной флажной материей; среди потолка висели, вместо люстры, искусно сгруппированныя кисти винограда, съ примесью грушъ и персиковъ. Въ павильоне, на лево, стоялъ большой столъ, сер­вированный разною холодною закуской, преимуще­ственно рыбною: осетромъ, севрюгой, стерлядью, бе­лорыбицей, раками, сельдями: каспийскими,- норвежскими и шотландскими, икрой паюсной и зернистой: бълужьей, осетровой, севрюжьей и стерляжьей, балыкомъ разныхъ сортовъ и т. п.

Такимъ образомъ Житный былъ убранъ безъ всякихъ затей и роскоши, сохраняя вполне свое­образный промысловый видъ и представляя Августейшему посетителю возможность одновременно обозреть почти весь ходъ промысловыхъ работъ, способы морскаго и ръчнаго лова, а равно и вы­делку разныхъ рыбныхъ товаровъ.

Владимир Александрович

Одинъ изъ владельцевъ промысла, Александръ Александровичъ Сапожниковъ, вследствие тяжкой болъзни, находился за границей, а потому счастье принять Государя Императора выпало на долю другаго владельца, — Алексия Александровича Сапожникова. Приехавъ нарочно для этого изъ Петербурга, онъ ожидалъ въ Астрахани прибытия Его Величества и 4-го сентября, вместъ съ астраханскимъ обществомъ, встретилъ Его на пароходной пристани. Въ этотъ же день, г. Сапожниковъ удостоился вы­сокой чести быть приглашеннымъ къ царскому сто­лу, по окончании котораго Государь Император, ми­лостиво обратившись къ нему, изволилъ сказать: — „Сапожниковъ, завтра Я буду у тебя на Житномъ. Надеюсь, ты Мнъ покажешь все рыболовство».

5-го числа, Житный съ ранняго утра принялъ праздничный и необыкновенно оживленный вид. Еще накануне сюда начали стекаться, не только изъ ближайшихъ, но и изъ отдаленныхъ ме­стностей, многочисленный толпы народа. Одушевлен­ные одной мыслью, однимъ общимъ желанием, — видеть обожаемаго Государя, здесь соединились ры­баки и рабочие съ разныхъ промысловъ, Киргизы, кочующие въ окрестныхъ степяхъ. Калмыки изъ соседнихъ улусовъ и друие инородцы, — все въ своихъ лучшихъ, праздничныхъ одеждахъ. Расположив­шись пестрыми и живописными группами вдоль всего берега, народъ съ нетерпениемъ ожидалъ наступления радостной для него минуты. Утро было ясное, но, къ сожаление, сильный западный вътеръ не­сколько нарушалъ общую гармонию оригинальной и оживленной картины, которую представлялъ въ этотъ день Житный промыселъ.

Около шести часовъ утра, на промыселъ прихали изъ Астрахани: Алексий Александровичъ Сапожниковъ, астраханский губернаторъ Н. Н. Биппенъ и нъкоторыя лица городскаго купечества.

Въ восемь съ половиною часовъ, на взморье по­казался пароходъ общества „Кавказъ и Меркурий» „Цесаревна Мария», на которомъ находились: Государь Императоръ, Наследник Цесаревич и Великий Князь Владимир Александровичъ. Народъ, заме­тивший царский пароходъ въ двухъ верстахъ отъ промысла, встретилъ его громкимъ, единодушнымъ и неумолкаемымъ крикомъ: ура! потрясшимъ воздухъ и далеко разнесшимся по Каспию…

Приближаясь къ промыслу, Государь Императоръ вышелъ на траппъ и, всматриваясь въ окру­жающую местность, милостиво раскланивался съ народомъ, теснившимся на лодкахъ, на берегу, на промысловыхъ строенияхъ и восторженно привътствовавшимъ своего добраго, безпредельно любимаго, благодетеля — Царя.

Будущий император Александр Третий

Когда пароходъ присталъ къ промыслу и Государь Императоръ, въ сопровождении Наследника Цесаревича, Великаго Князя и свиты, сошелъ на дебаркадеръ, вдаделецъ промысла поднесъ Ему хлъбъ — соль, сказавъ:

— „Ваше Императорское Величество! Имею честь поднести Вамъ хлебъ-соль отъ себя и отсутствую­щего больнаго брата моего, лишеннаго этого высокаго счастья».

Государь благосклонно принялъ хлебъ-соль, поблагодарил г. Сапожникова и, замътивъ, что онъ стоить съ открытой головой, прибавил: —„Надевай шляпу,—простудишься «.

Затемъ, Его Величество, сопутствуемый Авгу­стейшими сыновьями, свитой, губернаторомъ, хозяиномъ, промысловыми распорядителями и некоторыми другими лицами, изволилъ войдти въ лъвое отделение плота, гдъ ему было предложено взглянуть на примерный ловъ рыбы неводомъ, тотчасъ же начавшийся въ Его присутствии. Всматриваясь въ рабочихъ, управлявшихъ неводомъ, Государь Императоръ обратился къ г. Сапожникову и спросилъ:

— «Сапожниковъ, ведь это тянутъ Калмыки, народъ, кажется, привычный къ рыболовному делу?»

— „ Точно такъ, Ваше Величество, — отвъчалъ г. Сапожников, — Калмыки лучший народъ для ры­боловства неводомъ, свыкнувшийся со всеми трудно­стями и притомъ довольно крепкаго здоровья».

Когда неводъ былъ подтянутъ къ плоту и изъ мотни его вынуто множество рыбы, Государь съ улыб­кой спросилъ хозяина промысла:— „Сапожниковъ. признайся, въдь рыба напущена въ неводъ?» Г. Са­пожниковъ объяснилъ Его Величеству цель, с ко­торой это сдълано, доложивъ, что иначе не могъ бы показать ему полный образецъ неводнаго лова, какъ по мъсту, где последний выполненъ, такъ и по случаю сильнаго ветра.

На это Государь милостиво изволилъ сказать: — „Дай вамъ Вогъ всегда такъ много ловить». По окончании неводнаго лова, Его Величество перешелъ къ бассейну, изъ которого моментально была выпущена вода, такъ что Августейшие посе­тители могли удобно рассматривать трепетавшихъ на днъ его рыбъ всехъ породъ, существующихъ въ Каспийскомъ море, Волге и ея притокахъ. Сделавъ несколько вопросовъ относительно названия некоторыхъ мелкихъ породъ, Его Величество изъявилъ желание видеть раздълъ рыбы. Позванные немедленно два резальщика и резальщица, съ ихъ помощника­ми, быстро разделали белугу, осетра, севрюгу, стер­лядь, судака и леща. Следя за этой работой, Его Величество, между прочимъ, изволилъ заметить, что уже виделъ разделъ рыбы на Урале, но что здешние резальщики исполняютъ свое дело ловчъе и расторопнъе.

Август фон Вердер

Затъмъ, Государь Императоръ направился къ ванне съ тюленемъ, который, находясь въ неволе еще съ весны, уже успелъ привыкнуть къ людямъ и по­ тому былъ непугливъ и очень забавенъ. Великий Князь Владимир Александрович, поймавъ въ бассейне берша, собственноручно кормилъ имъ тюленя. После того, Его Величество подошелъ къ стоявше­му вблизи большому столу, где промысловые мастера приготовляли вязигу и рыбий клей всех сортов. Обративъ внимание на эту работу, а равно и на разложенные здесь же, прежде изготовленные, клея въ сухомъ видъ, Государь перешелъ къ осмотру мо­делей судовъ различныхъ конструкцш, морскихъ и речныхъ, употребляемыхъ въ здешнихъ водахъ, какъ для лова рыбы, такъ и для промысловыхъ надобно­стей, при чемъ г. Сапожниковъ доложилъ Ему, что модели эти сделаны по вызову Морскаго министер­ства, для будущей въ Москве политехнической вы­ставки. Отсюда Его Величество отправился въ дру­гое отделение плота, икорное, и изволилъ присут­ствовать все время, пока совершался процессъ приготовления икры въ зернистомъ и паюсномъ видахъ. Ставъ у ванны, где готовилась зернистая икра, Государь спрашивалъ владельца промысла: „какой температуры тузлукъ (разсолъ), въ который было положено зерно, сколько кладется соли, и какой именно на пудъ икры, и какимъ образомъ икряникъ узнаетъ время, когда икра готова». Наследник Цесаревич также предложилъ г. Сапожникову несколько вопросовъ, относившихся къ способамъ изготовления икры. Въ этомъ же отделении стоялъ пятипудовый боченокъ съ зернистой икрой, приготовлен­ной къ сдаче, какъ образецъ, заграничнымъ покупателямъ для отправки въ Варшаву и Берлинъ. Государь Императоръ разспросивъ: „какое количе­ство соли кладется въ эту икру, кто также ея покупатели и какую платятъ они цену въ Астрахани», обратился къ сопровождавшему Его прусскому гене­ралу Вердеру и объяснилъ ему на немецкомъ язы­ке, достоинство этой икры, а равно и то обстоя­тельство, что она досылается для продажи въ Пруссию.

Продолжение следует..

 

Михаил Пулин