Историк рассказал, как астраханцы жили при карантине в 18 веке

Заместитель директора по науке и экспозициям Астраханского государственного объединенного историко-архитектурного музея-заповедника, кандидат исторических наук Андрей Курапов опубликовал материал в своем блоге о том, как в 1727 г. прикаспийские провинции России захлестнула чума, распространившаяся из Персии на север вдоль побережья Каспийского моря. Меры, предпринятые пограничными властями с целью воспрепятствовать распространению эпидемии, не принесли желаемого результата. К осени 1727 г. эпидемия добралась до границ Астраханской губернии.

Первые шаги местных властей по противодействию распространению эпидемии больше походили на панику, чем на спланированные действия. В 1727 г. в дельте Волги товар выгружался с судов, прибывших из Персии, на острова, где лежал «без покрышки и не в бережении», сами суда затапливались. Позднее практика затопления судов была прекращена, выгруженные на островах товары приказано было развесить для проветривания «по рознь», а по окончании карантинного срока их следовало окурить дымом.
Впоследствии, в соответствии с пунктами, выработанными в Верховном тайном совете 16 июля 1729 г., карантинные заставы учреждались таким образом, чтобы «… не близко были жилища и не близко глухих лесов и болот, и были бы места высокие».

Приезжающих должны были осматривать специально определенные для службы на карантине лица вместе с лекарем, которым запрещалось покидать заставу на период ее действия. Все прибывшие на заставу обязаны были выдерживать 40-дневный карантин. Места для размещения прибывших на заставу («станы») должны были располагаться в разных местах, чтобы исключить возможность их общения друг с другом. Весь привезенный товар, особенно шелк, хлопчатая бумага, шерстяные и ткацкие изделия, меха, подлежал обязательному проветриванию в течение шести недель. По окончании карантинного срока лекарь должен был убедиться в том, что признаков болезни на товарах не наблюдается.

Верховный тайный совет подчеркнул, что никому не разрешается без специальных паспортов, данных от астраханского губернатора, покидать Астрахань. Тех, кто будет пойман без таких документов, либо в них не будет отметки о прохождении карантина на Царицынской заставе, ждало суровое наказание. Их приказано было «ловить и чинить им смертную казнь безо всякого милосердия, а пожитки их взяты и отданы будут тем, кто их поймает». На заставе должны были останавливаться все без исключения суда, даже те, которые занимались перевозкой рыбы и соли. Был введен запрет на вывоз из Астрахани в Россию фруктов, как местного производства, так и привезенных из-за границы, а также ягод и «пшена» (риса).

«Хлеб и прочие съестные припасы» доставлялись на заставу «харчевниками». Чтобы исключить контакт с находящимися в карантине людьми, продукты передавались «долгими шестами», а полученные тем же способом деньги вымачивались в уксусе или в вине, и отдавались продавцам еды только по окончании карантина. Сенатский указ 1738 г. предписывал всех приезжих сухопутным путем из Персии, особенно из тех мест, где была эпидемия, «не допуская до застав, останавливать и велеть им выдерживать, которые без товаров, тем один карантин, а которые с товарами, тем против того вдвое». Даже после того, как истечет время, отведенное для карантина, персидские товары не разрешалось впускать в Россию без тщательного осмотра. В устье Волги осмотр судов, прибывающих из Персии, традиционно производился на брандвахте, расположенной на Четырехбугорном острове.

В 1738–1739 гг. юг России был охвачен эпидемией чумы, после которой были приняты меры по организации и совершенствованию пограничных карантинов. На Краснинском острове, располагавшемся на реке Красе между Ярковской и Седлистовской гаванями, летом 1743 г. начинает строиться первый в губернии стационарный карантинный комплекс. Строительство карантинной заставы на Волге, состоящей из «пяти покоев, караульне, да четыре сарая для проветривания товаров», было закончено к концу 1744 г.

Карантинные заставы в дельте Волги не находились постоянно на одном месте. С течением времени русло волжских рукавов вблизи островов то мельчало, то, наоборот, углублялось. Поэтому властям приходилось время от времени пересматривать место дислокации карантинных застав. В 1758 г. Астраханская губернская канцелярия послала указ к находящемуся при Астраханском порте капитану морского флота Токмачеву об осмотре места в дельте Волги для учреждения новой карантинной заставы. По мнению Токмачева, остров Четырех бугров в большей степени подходил для этой цели.

В первой половине XVIII в. в России придавали большое значение организации карантинной службы на южных границах страны. Как показали масштабные эпидемии в прикаспийских провинциях России и в Астрахани, а также на Украине, одних заградительных мер оказалось недостаточно для того, чтобы остановить распространение опасной болезни. Российские власти были вынуждены выработать комплекс мер противодействия эпидемиям, вменив это в обязанности пограничных властей. Как правило, карантинные заставы появлялись в зависимости от обстоятельств, но их деятельность была четко регламентирована, к работе на них стали привлекаться не только военные, но и канцеляристы, медики, специалисты торгового дела.

Андрей Курапов /по материалам статьи И.В. Торопицына, опубликованной в «Астраханских краеведческих чтениях» в 2013 г./

Яндекс.Метрика (16+) Св. о рег. СМИ: ЭЛ № ФС 77 - 75401 от 12.04.2019.  Гл. редактор Путилина И.В. Тел. 8-937-120-9050, e-mail: astralist.info@yandex.ru