«Сусликовая повинность»: как астраханцы вели войну с «подземным врагом»

Борьба с вредителями в Нижнем Поволжье всегда была делом государственной важности, но к концу 1920-х годов она приобрела характер военной кампании. Особое место в этой битве за урожай занимал малый, но крайне плодовитый зверёк — суслик.

Была когда-то у нас в регионе областная станция защиты растений (Стазра). Из ее отчетов оказалось, что у астраханцев сто лет назад была настоящая «сусликовая повинность», отрабатываемая в ходе шедшей тогда целой войны с этим подземным врагом.

Угроза из норы

Согласно данным 1925 года, сусликами в Астраханской губернии было заражено 406 478 десятин земли. Это не просто цифры — это, как считалось, была голодная угроза полям. Особенно тяжелая ситуация сложилась в Никольском районе (156 тыс. десятин), Болхунском (почти 98 тыс. десятин) и Харабалинском (77 тыс. десятин). Плотность заселения достигала 300 нор на десятину в таких сёлах, как Болхуны, Рождественка и Сокрутовка.

Проблема усугублялась биологией вредителя. При 40% самок в популяции и выводке до 10-12 детёнышей на одну особь, прирост за лето мог составлять 15-20 миллионов зверьков. Защитные меры (охрана посевов) уничтожали не более 4 миллионов в год. Ситуация выходила из-под контроля.

«Государева отработка» или платный труд?

Первоначально борьба с сусликами не регламентировалась никакими учреждениями и была скорее инициативой земледельцев. Начиная с 1880-х гг. формы борьбы с сусликами подвергаются общероссийскому обсуждению, за организацию
работы планомерно берутся земства, которые подходят к решению вопроса с научной точки зрения с привлечением специалистов и использованием научных открытий. Так, в Астраханской губернии в 1894 г. была выработана «Инструкция по истреблению сусликов». Она обязала сельские общества, частных владельцев, арендаторов, казаков, калмыков и киргизов истреблять сусликов на принадлежащих им землях посредством натуральной повинности. Для каждой местности устанавливался обязательный размер истребления сусликов по расчету от 1 десятины.

Уже при советской власти борьба с сусликами в губернии была организована с ещё большей отдачей. Однако практика показала тогда все же провальность этого метода.

В отчётах Стазра отмечается: «При бесплатной рабочей силе получаются очень плохие результаты: норки не прокапываются, сероуглерод выливается в одну норку… работа ведётся так, лишь бы отбыть повинность».

Возник конфликт: крестьяне не хотели тратить время на ядовитые газы без оплаты, а земледельцы жаловались на несправедливую развёрстку норм. Губернские власти пришли к выводу: повинность должна стать истребительной, а главное — оплачиваемой.

Химическая война и тарифы

Главным оружием стал сероуглерод. Астраханское отделение Госсельсклада заготовило 46 бочек (около 740 пудов) по цене 32 копейки за килограмм.

Распределение «химического оружия» по районам говорило само за себя:

· Болхунский район (эпицентр заражения): 20 бочек.
· Харабалинский: 10 бочек.
· Никольский: 10 бочек.

Планировалось обработать 35 тысяч десятин при средней плотности 150 нор. Для этого требовалось 35 тысяч рядовых рабочих и почти 1750 старших. Государство вынуждено было пойти на расходы: рядовому подёнщику утвердили оплату в 50 копеек в день, старшему рабочему — 1 рубль. Общий запрос на финансирование из казны составил 19 250 рублей (сумма по тем временам нехилая).

Экспедиция на чумных фронтах

Самым тревожным фактором была не только потеря урожая, но и эпидемиологическая угроза. Суслик являлся переносчиком чумы. Поэтому сплошные очистки проводились в связке с санэпидслужбами.

Газовая экспедиция Озра Наркомзема наметила тотальное уничтожение в Бирючекосинском и Енотаевском районах, а также в Яндыко-Мочажном улусе Калмыцкой области. Там отрава шла рука об руку с медициной — уничтожались очаги, заражённые чумной эпизоотией. Планировалось очистить около 55 тысяч десятин, из них 15 тысяч на территории губернии.

Против головни и саранчи

Стоит отметить, что 1925 год был аномально влажным (осадков выпало 240 мм при норме). Это вызвало вспышки болезней: виноград погиб от мильдью, дыни сгнили, арбузы поразила «медянка» (антракноз). Потери достигали 90% урожая.

В связи с этим наряду с «сусликовой повинностью» вводилось обязательное протравливание зерна формалином от головни, а к началу весенней кампании на прокатные пункты выпустили 100 отремонтированных опрыскивателей.

Кампания 1926 года таким образом стала переломной: государство отказалось от иллюзии бесплатной повинности и перешло к системе оплачиваемых «общественных работ» по дезинфекции полей. «Сусликовая повинность» осталась в истории как пример того, как климат, бедность и плодовитость грызунов заставили раннее советское государство вкладывать реальные деньги в химическую войну на полях.